«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»

Прочитано: 57%

* * *

     Весь декабрь Свамиджи продолжает работать над своим переводом "Бхагавад-гиты". Я редко вижу его за работой из-за его расписания. Он спит с одиннадцати вечера до 2 или 3 утра. Потом он встает, включает диктофон, диктует свои обширные комментарии на "Бхагавад-гиту" в то время, пока великая столица спит.
     Используя сравнение "Бхагавад-гиты", он сказал нам, что материальный мир подобен баньяновому дереву, с корнями, перевернутыми вверх, а ветвями - вниз. Дерево предстает перед нами в таком виде, когда оно искаженно отражается в воде. В материальном мире все вверх тормашками: все плохое оказывается желаемым, а все, чего в действительности можно желать, кажется вызывающим отвращение. Когда я вижу, как Свамиджи уходит на покой, как раз в то время, когда большинство Нью-Йоркцев предаются усладе своих чувств, и поднимается, чтобы служить Кришне, как раз в то время, когда они спят, я вспоминаю стих из "Бхагавад-гиты": "То, что для всех живых существ - ночь, для владеющих собой - время пробуждения; и то, что для всех - время пробуждения, ночь - для мудреца, чье видение направлено внутрь себя".
     В семь он спускается в храм вести утренний киртан и лекцию. Когда он возвращается в свои аппартаменты, он принимает душ, вкушает легкий завтрак и перечитывает рукопись или дает советы нам. В полдень, приняв прасадам, он повторяет несколько кругов, а потом отдыхает в течение часа, лежа на боку на коврике перед своим сундучком. Сатсварупа набирает на печатной машинке то, что он записывает на диктофон. Иногда, когда он не может понять, что он сказал, ему приходится консультироваться со Свамиджи. Печатного текста выходит сотни страниц. Свамиджи поистине очень плодовитый писатель.
     "Я написал введение за один вечер последнего числа февраля, когда я был один, - говорит он мне. - Я просто сидел в своих аппартаментах и не было никого, с кем нужно было говорить, и я вспомнил, как мой духовный учитель говорил: "Если есть всего один человек, все в порядке. Проповедуй ему о Кришне. А если нет никого, ты можешь проповедовать стенам." Так что я проповедовал стенам. Но у меня был этот магнитофон, и то, что я говорил, теперь вы можете услышать. Это было введение к "Бхагавад-гите".
     Когда Свамиджи начинает работать над последними шестью главами "Бхагавад-гиты", он говорит мне, что теперь я могу начать редактировать ее.
     "Редактируй так, чтобы она имела силу и ясность, - говорит он. - Мы хотим, чтобы эта "Бхагавад-гита" была приемлема для публикации, поэтому важна грамматическая точность. Она должна быть так же приемлема и для академического круга, и поскольку ты имеешь опыт в этой сфере, ты знаешь, как лучше всего отредактировать ее. Если у тебя появится какой-нибудь вопрос о смысле, ты можешь консультироваться со мной."
     Свамиджи посылает Брахмананду попытаться заинтересовать издателей. Каждый день Брахмананда набирает списки издателей и садится в метро до центра города, ожидая часами в офисах встречи с бизнесменами, заинтересованными лишь в быстрой продаже.
     "У этих свами просто нет денег, - говорит ему один. - Это рискованно. Очень рискованно."

* * *

     Свамиджи всегда держит у себя в сундучке почтовые весы и губку для наклеивания почтовых марок. С самого начала он наставлял нас в чистоте, очень много, как какой-нибудь родитель. "Мойте руки, совершайте омовение, не кладите пальцы в рот. Мойте. Не грызите ногти. Меняйте одежду. Выньте карандаш изо рта. Не касайтесь ног. Хорошо убирайтесь."
     Забывшись, я облизываю почтовую марку прямо перед ним. Его глаза широко раскрываются в шоке (от неожиданности). "Ооо! Хайагрива! Ты забыл!"
     Как справедливо! Да, я всегда забываю, день за днем. Забывчивость - наша болезнь. Наше рождение - ни что иное, как сон и забвение...

* * *

     Оживленное декабрьское утро. Мы сидим в Бесценных Дарах, ожидая Свамиджи. Он нисходит из своих аппартаментов, завернутый в чадар и несущий большую коричневую книгу. Сначала он воспевает молитвы гуру и ведет нас в воспевании. После этого он открывает книгу, и мы все чувствуем, что должно произойти нечто историческое.
     "Сегодня, - говорит он, - мы почитаем из Чайтанья-чаритамриты."
     Наконец! На протяжении месяцев он подчеркивал, что есть 3 книги, которые мы должны знать: "Бхагавад-гита", сущность Сознания Кришны, поведанная Самим Господом Кришной; "Шримад-Бхагаватам", имеющая дело с играми Кришны, написанная Вьясадевой; и "Чайтанья-чаритамрита", описывающая игры Господа Чайтаньи, написанная Кришнадасом Кавираджей Госвами. "Чайтанья-чаритамрита" нежно любима вайшнавами, поскольку она являет высший уровень любви к Кришне, любви, явленной в божественных играх Господа Чайтаньи, который явился на земле как чистый преданный, обезумевший от любви к Кришне.
     "Господь Чайтанья - это Радха и Кришна вместе, - говорит нам Свамиджи, - Он - Кришна в настроении Радхи. Он - Кришна, который пришел, чтобы насладиться вкусом любви к Кришне в разлуке. Понимание этой божественной расы - это наивысший уровень."
     Свамиджи концентрируется на разговоре между Господом Чайтанией и Его учеником Санатаной Госвами, касающемся экспансий Кришны в духовном мире и различных типов аватар.
     - Христианство учит, что есть только одна аватара, - высказывается гость, - Это Христос.
     - Как это? - спрашивает Свамиджи, - Христос говорил, что он - сын Божий, и мы принимаем его как совершенного сына Бога. Но разве это говорит о том, что он единственный сын? Существуют миллионы и миллионы планет, и Бог в Своих бесчисленных инкарнациях является на каждой. Эта информация содержится в Ведах. Какое у вас есть свидетельство того, что Бог приходит лишь однажды? Никакого. Просто подумайте. В книжном магазине мы можем обнаружить как словарь для начинающих студентов, так и энциклопедию для более продвинутых. Энциклопедия содержит в себе и всю информацию словаря и еще многое помимо этого. Религия также подобна этому. Ведические писания - это энциклопедия, и они завершенные, полные. Они содержат в себе безграничную информацию о Боге, Его играх и инкарнациях. Таким образом, Господь Чайтанья советует нам воспользоваться общением с садху, шастрами и гуру. А гуру не должен расходиться с шастрами и садху. Эти три авторитета никогда не могут противоречить друг другу. Мы должны оценивать гуру в отношениях с садху и шастрами. Если он расходится с ними, то он не гуру.
     - А каковы взаимоотношения между Христом и Кришной?
     - Разве вы не знаете? Что говорится в Библии? Христа называют сыном Бога, не так ли?
     - Он также есть Бог, - говорит гость.
     - Да, отец и его сын - одно. Сын служит отцу, и они качественно едины.
     - Значит, они одно и то же?
     - С чего вы взяли, что "одно и то же"? Отец - это отец, а сын - это сын. Если вы - сын, тогда вы и ваш отец - одно. Но если вы говорите, что "я не только сын, но я также и отец", то это противоречие. Как вы можете быть сыном, а также и отцом?
     - Ну, в соответствии с позицией католиков, они - одно. Это необъяснимо.
     - Если это необъяснимо, то что же вы спрашиваете? В любом случае, я даю вам объяснение: Христос - сын Божий, и он един с Богом Отцом. Но Вы не можете сказать, что он тождественен Отцу. Бог-Отец продолжает оставаться Отцом, а сын продолжает оставаться сыном.

«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»